(Ин)толерантность к интолерантности: неразрешенное противоречие белорусской национальной идентичности
15.11.2010 |Междисциплинарная область исследований национальности, несмотря на усилия многих представляющих ее социальных ученых, никогда не была в состоянии ни ограничиться дескриптивным аспектом проблемы, абстрагировавшись от нормативного, ни даже провести между ними четкую разделительную линию. Представления о мире наций, его генезисе, логике трансформаций и значении, всегда были неразрывно связаны с воззрениями на этику межнационального и внутринационального взаимодействия. Вопросы о том, каковы взаимные обязательства между нацией как метафорическим коллективным субъектом и индивидуальным носителем национальной идентичности (и действительно ли они являются взаимными, а не односторонними) и между различными нациями в контексте мира национальных государств, могут являться не только следствием, но и предпосылкой для постановки вопросов о том, что из себя изначально представляет феномен национальности.
Изучение истории междисциплинарных исследований национальности указывает на то, что отношение академических кругов к идеологии национализма менялось достаточно часто и достаточно резко, причем эти изменения были большей частью связаны не с имманентной логикой данной области, а с историческими событиями, получающими широкий общественный резонанс. Так, переход от классического периода рефлексии о национальности к современному был обусловлен компрометацией националистической идеологии в 1930-40-е годы. Классический период был представлен философскими проектами осмысления феномена национальности в контексте философии истории. При всем их разнообразии, каждый из этих проектов был либо впоследствии захвачен политической идеологией, либо – значительно чаще – изначально порождался определенным социальным заказом. Это относится не только к метафизическим националистическим текстам наподобие печально известных «Речей к немецкой нации» И.Фихте [], содержащих явную апологетику романтического национализма и, более того, концептуализацию немецкого национального превосходства, но и к работам критического свойства. Так, первая попытка системной деконструкции эссенциалистских теорий национальности, каковой является сорбоннский доклад Э.Ренана «Что такое нация?», представляет собой не беспристрастное абстрактное построение, но обоснование французских претензий на стратегически значимую территорию Эльзаса-Лотарингии [2].
История Третьего Рейха, достигшая своей кульминации в событиях Второй Мировой войны, ознаменовала коллапс каких-либо попыток придания метафизического смысла феномену национальности. Э.Хобсбаум, утверждающий, что ни один исследователь национальности не может быть националистом, выражает мнение большинства исследователей в данной области. Эта позиция не означает ни стремления к объективности (было бы логичнее утверждать, что исследователь национальности не может быть ни убежденным сторонником, ни, подобно Э.Хобсбауму [3, 4, 5], убежденным противником национализма), ни подлинной свободы от националистических предубеждений (начиная с Г.Кона [6] и вплоть до работ Л.Гринфельд [7] и того же Э.Хобсбаума, труды о национальности полны попыток представить свою нацию либо наименее националистичной, либо образцом лучшего варианта национализма), но лишь соответствие нормам политической корректности, обобщенных в ценностном приоритете толерантности. Принцип «живи и давай жить другим» был первоначально сформулирован применительно к сфере межличностных отношений, так что его перенесение в сферу межнациональных отношений может быть не столь очевидным и нуждается в обосновании.
По нашему мнению, межнациональная толерантность как признание равенства прав и паритета интересов своей и других наций содержит в себе противоречие. Если мир наций действительно существует, то разделение человечества на различные нации, как и национальная идентичность конкретного социального актора, имеют определенный смысл, который должен находить свое адекватное отражение в этических требованиях. Принцип толерантности, предполагающий приуменьшение роли национальности и необоснованно снисходительное к ней отношение, такого отражения не обеспечивает. Если же мир наций – явление случайное и преходящее, то субъектность носителя национальной идентичности ставится под сомнение вместе с самой идентичностью, так что становится неясным, кто и по отношению к кому должен практиковать межнациональную толерантность. По сути, устанавливается не нормативный паритет между интересами различных наций, а эклектическое балансирование между двумя дескриптивными представлениями о феномене национальности, а именно – между толерантностью и национальной идентичностью.
Такое неустойчивое равновесие характерно в настоящее время для большинства национальных идентичностей. В качестве альтернативы можно себе представить такую национальную идентичность, для которой толерантность является не противовесом, а составной частью. Применительно к этой модели возникает вопрос о том, действительно ли подобная конфигурация является решением обозначенного нами противоречия либо ведет к возникновению новых противоречий. Для обсуждения этого вопроса обратимся к реально существующей нации, соответствующей обозначенному нами варианту соотношения толерантности и национальной идентичности, - к белорусской нации.
Толерантность является одной из ключевых аутостереотипных характеристик белорусской нации. Сразу поясним, что в данной работе мы не рассматриваем вопрос о том, является ли аутостереотип белорусской толерантности также и социотипом, то есть, действительно ли белорусы практикуют толерантное поведение в большинстве ситуаций и/или в большей степени, чем представители других наций. Этот аспект может остаться за пределами рассмотрения не только потому, что наши позиции близки к социально-конструктивистским, но и по той причине, что роль толерантности в структуре белорусской национальной идентичности определяется именно представлениями самих белорусов.
Как показывают результаты проведенных нами исследований, толерантность занимает одно из первых мест по числу упоминаний при ответе на открытый вопрос о том, какие три черты респондент считает наиболее характерными для своей нации. В связи с этим обращают на себя внимание два лингвистических аспекта. Во-первых, называя данную характеристику, большинство респондентов использует само слово «толерантность», меньшая часть – белорусскоязычное слово «памяркоўнасць». «Толерантность» - слово заимствованное относительно недавно, не полностью ассимилированное в русском языке и, следовательно, должно восприниматься носителями языка как заимствованное. Тем не менее, белорусы, описывая свою нацию, говорят именно о «толерантности», а не о «терпимости». Что же касается слова ««памяркоўнасць», оно употребляется в том числе и в русскоязычных интервью как уникальная белорусская особенность. (Поясним, что, хотя официально в Республике Беларусь два государственных языка – белорусский и русский – обладают равным юридическим статусом, на практике подавляющее большинство населения в повседневной жизни общается по-русски и белорусским владеют значительно хуже, что не мешает, согласно результатам последней переписи населения, двум третям населения считать своим родным языком белорусский). В то же время, слово «толерантность» может встречаться и в белорусскоязычных интервью. Таким образом, существует разделяемое представление не только о самой особенности, но и о том, как ее следует называть конкретно применительно к белорусской нации, что свидетельствует о высокой степени дифференцированности данной аутостереотипной характеристики.
Второй момент касается коннотаций белорусской толерантности. Неоднозначность толерантности в свете последствий ее реализации осознается в том числе белорусами и проявляется в амбивалентном отношении к данной аутостереотипной черте. При более детальном анализе нам удалось выявить смысл этой амбиваентности. Как выяснилось, она имеет не иррациональный характер «амбивалентности чувств», которая в рамках психодинамической традиции, особенно раннего психоанализа, приписывается всем интенсивным и устойчивым эмоциональным состояниям вообще, но связаны с двойственной природой толерантности, точнее, толерантного поведения. Согласно представлениям носителей белорусской национальной идентичности, следует различать поведенческие проявления толерантности в межличностных и в межнациональных отношениях. Толерантность в межличностном взаимодействии переосмысляется как доброжелательность и готовность к взаимным уступкам ради взаимовыгодного соглашения и, как таковая, имеет преимущественно позитивные коннотации. Напротив, толерантность в межнациональных отношениях понимается белорусами как односторонняя уступчивость, как неспособность отстаивать собственные национальные интересы и оценивается негативно, точнее – с горькой иронией, так что заимствованное слово «толерантность» приобретает оттенок эвфемистичности. В связи с этим, важно также отметить, что в части исследования, относящейся к гетеростереотипам, ни одна из упоминаемых наций (респондентов просили назвать три наиболее и три наименее близкие им по духу нации и затем охарактеризовать каждую из них) не была описана как «толерантная». То есть, в обоих случаях речь идет именно о белорусской толерантности. С учетом выявленных коннотаций, можно сделать вывод о том, что, говоря «белорусы толерантные», носитель белорусской национальной идентичности подразумевает примерно следующее: «Белорусы доброжелательны и справедливы в отношениях как между собой, так и с представителями других наций, если те выступают от своего имени, но белорусская нация как коллективный субъект не в состоянии отстаивать свои интересы на межнациональной арене и поэтому уступает (и в поведенческом, и в оценочном смысле слова) другим, не столь «толерантным», но более уверенным и ассертивным нациям».
Таким образом, дифференциация значения толерантности, вторичная применительно к амбивалентному к ней отношению, является свидетельством неустойчивого положения толерантности как ценности в структуре национальной идентичности. С одной стороны, носитель национальной идентичности, считающий толерантность неотъемлемой характеристикой своей нации, вынужден поддерживать толерантное поведение нации как коллективного субъекта на межнациональной арене, поскольку иное поведение означало бы внутреннюю угрозу идентичности нации. С другой стороны, толерантное поведение (точнее, поведение, которое в той или иной ситуации оценивается как толерантное) может не соответствовать национальным интересам и, как следствие, в долгосрочной перспективе ставить под угрозу иные составляющие идентичности нации, вплоть о самого е существования. С этим связано еще одно возможное значение толерантности как аутостереотипной характеристики: толерантность как безликость, толерантность как самоописание нации, которая испытывает проблемы с самоидентификацией и затрудняется охарактеризовать себя как-то иначе.
Таким образом, толерантность как ценность и толерантность как аутостереотипная характеристика не тождественны друг другу ни в своем значении, ни по своим последствиям. Будучи включенной в структуру национальной идентичности, толерантность приобретает роль троянского коня: если другие нации также толерантны, то толерантность перестает быть отличительной особенностью идентичности какой-либо нации, а в противном случае толерантное поведение в одностороннем порядке ставит под угрозу идентичность нации в целом.
По нашему мнению, смысл данного парадокса заключается в неразрешенном противоречии между этнической и гражданской версиями национализма, которые на уровне индивидуальных национальных идентичностей встречаются не в виде идеальных типов, но, как правило, комбинируются в той или иной пропорции. Сохранение статичных национальных особенностей может не соответствовать национальным интересам в меняющимся обстоятельствам, С другой стороны, отказ от следования национальным традициям ради следования текущим национальным интересам логически приводит к сомнениям в существовании самого субъекта этих интересов. Метафорически проблему преемственности идентичности нации во времени можно уподобить вопросу о природе музыки. Хаотическая последовательность звуков не образует мелодии, как не образует ее и повторение одной и той же ноты. Точно также ни инновации, ни традиции, ни какое-либо их механическое комбинирование в той или иной пропорции не образуют единства национальной истории. В этом плане проблема толерантности как ценности – в ее аисторичности, в том, что толерантность в ее существующей трактовке рассматривается отдельно от ее средне- и долгосрочных последствий. Эта проблема не связана непосредственно с толерантностью, но затрагивает вопрос преемственности национальной истории в контексте межнационального взаимодействия, где толерантность – лишь одна из возможных норм. По нашему мнению, вопрос об идентичности нации в межнациональном взаимодействии связан с проблемой соотношения идентичности нации и индивидуальных национальных идентичностей. Когда идет речь о разрыве в национальной истории, имеет место разрыв между идентичностью нации и национальными идентичностями ее представителей. Таким образом, вопрос о толерантности для своего решения требует замены представления о нации как о коллективном субъекте моделью, которая учитывала бы всю сложность реального соотношения идентичности нации и национальной идентичности, что, в конечном счете, выводит на необходимость пересмотра идеи и механизмов функционирования демократии.
Литература:
2. Renan E. qu’est qu’une nation? [Electronic resource] – Mode of access: http:///ourworld.compuserve.com/homepages/bib_lisieux/nation01.htm
3. Хобсбаум Э. Д. Все ли языки равны? Язык, культура и национальная идентичность / Э. Д. Хобсбаум// ЛОГОС. – 2005 - №49. – С. 49-59.
4. Хобсбаум Э. Д. Принцип этнической принадлежности и национализм в современной Европе / Э.Д. Хобсбаум// Нации и национализм/ Под ред. Б.Андерсона.. – М.: Праксис, 2002 – С.332-346.
5. Хобсбаум Э. Нации и национализм после 1780 г. / Э.Хобсбаум. — СПб.: Алетейя, 1998.
7. Гринфельд Л. Национализм. Пять путей к современности / Л. Гринфельд. - Москва : ПЕР СЭ, 2008.
Фабрикант, М.С. (Ин)толерантность к интолерантности: неразрешенное противоречие белорусской национальной идентичности / М.С.Фабрикант // Молодежная галактика. – 2010. – № 6. – С.87 – 92
Другие статьи раздела
02.06.2011
демография, идеология, качество жизни, национальная безопасность, общество, суверенное развитие
15.05.2011
качество жизни, молодежь, образование и наука, общество, суверенное развитие, экономика и финансы, элиты
04.04.2011
демография, национальная безопасность, общество, суверенное развитие
Авторские колонки
29.03.2012
25 марта в Минске прошел учредительный съезд нового республиканского общественного объединения "Евразийский народный союз", председателем которого стал Юрий Баранчик, главный редактор информационно-аналитического портала "Империя", руководитель Белорусского регионального отделения сторонников "Интернациональной России" (http://news.tut.by/society/280770.html
С этого дня можно начинать отсчет формирования новой конкурентной политической силы в Беларуси "прокремлевской" ориентации. Именно "прокремлевской", а не пророссийской, а тем более не "проевразийской", как заявляется в уставе ЕНС.
Актуальное
09.02.2012
Председатель наблюдательного совета Института демографии, миграции и регионального развития, российский политолог Юрий Крупнов в эксклюзивном интервью “Народной газете” поделился своим мнением о процессах, происходящих на мировой арене, и рассказал о том, каким может быть рецепт глобального выздоровления.
— Юрий Васильевич, прошлый год запомнился целым рядом знаковых событий, многие из которых перешли в год нынешний, — “арабская весна”, кризис еврозоны, крах идеологии мультикультурализма. И, похоже, в этом году спокойнее на планете не станет. День ото дня обостряется ситуация в районе Персидского залива. США и их союзники стянули туда большие силы и все агрессивнее ведут себя по отношению к Ирану. Назревает новая война?
— Я не Кассандра, но, похоже, мир действительно стоит на пороге большой войны. Она может быть развязана в любой момент — в Сирии, Иране или Пакистане. В отношении Ирана, например, уже отработан жесткий план, согласно которому примерно сотня самолетов нанесут удары по ядерным объектам страны и объектам промышленной инфраструктуры. Обсуждается лишь вопрос, где и как будут заправляться штурмовики.
Проектная аналитика
29.03.2012 развитие
Основная политтехнологическая схема, которая определяет удержание центра власти, всегда состоит в том, чтобы противопоставлять друг другу края.
Владимир Владимирович против старого – возврата к коммунизму – и против крайностей нового – оголтелого либерализма. Тогда Верховный-главный с удовольствием исполняет желание подданных как маленький при
Собеседник
24.03.2011 демография, образование и наука, общество
С удовольствием и большой благодарностью публикуем размышления Леонида Сергеевича Гребнева, доктора наук, бывшего заместителя Министра образования России, о значении события, 50-летие которого мы будем отмечать совсем скоро - выхода человека в космос.
Идеология и теория развития
Самым подготовленным в России необходимо взять на себя задачу организации развития - то есть перевода страны в качественно новое и продвигающее себя и мир состояние. Для этого Движение развития должно настойчиво помочь государству определиться, подготовить и провести семь созидательных революций: демографическую, градостроительную, промышленно-технологическую, энергетическую, антропологическую, интеграционно-постсоветскую и дальневосточную.
События БГР
02.01.2012 развитие Беларуси, социальная политика, суверенное развитие
3 января 2012 г. Белорусская группа развития и проект «Цитадель» проведут проектную сессию по теме «Новая социальная политика Беларуси: к государственной политике социального развития».
Новости
|
Беларусь
|
Беларусь
|
Беларусь
|
LaRouchePAC
|
LaRouchePAC
|
LaRouchePAC
|
LaRouchePAC
|
LaRouchePAC
|
LaRouchePAC
Отправить комментарий